Лейн

Лейн жил в Ловозерском погосте, владел могучей силой. И умел предчувствовать по облакам, когда придет юльквик (шайка шишей). Когда замечал в облаках судно, то извещал об этом свой народ, чтобы следили каждую ночь и были наготове. 
Вечером народ собрался в одну вежу-землянку (а раньше в одной веже-землянке жили по две-три семьи). Старуха вышла на улицу вечером и набрела на человека, но тот подумал, что она очень стара и ничего не заметила. А она, между прочим, заметила, что пришли шиши, пришла к народу и сказала, что пришли, лежат, спрятавшись и ждут, чтобы успокоился народ. Лейн сразу же распорядился, чтобы все сели в лодки и тихо уехали на остров, а там была чуэрвь-гарт. И там успокоились до утра. 


Юльквик сидели до темноты, до ночи. Ничего не стало слышно. Они думали, что повалился спать народ. Вышли, чтобы разбойничать, а все землянки пустые. И ночь темная, ничего не видно. Ходили по берегу, искали лодок, ничего не нашли. Когда стало рассветать, они начали искать способ, как попасть на остров. Выбрали день, когда не было ветра, кто сам поплыл, кто на доске, - все поплыли на остров. На острове увидели, как они спустились в воду, и приготовились. Когда шиши доплыли до половины, народ взволновался на Лейна и на двух братьев-нойдов, которые хорошо умели владеть чуэрвь-гартом (когмотен пуалвэ гарт). Братья стали шевелить рога, и стал подниматься сильный ветер. Поднялась буря и всех шишей потопила. Всего их сто человек было. Живьем только остался сам чудчуэрвь, повар, да девица, откуда-то взятая. Они прятались в лесу за деревней. 
Буря когда кончилась, Лейн с двумя братьями, что работали у чуэрвь-гарта, поехали в деревню. В одном месте они увидели, что поднимается дым. Подкрались и видят, что чудчуэрвь спит, повар варит кашу и говорит примечая: "Что кругом мешалки стал волос крутиться? Наверное, нам несчастье сулит". Лейн услышал эти слова и говорит: "Они над нами хотели смеяться, теперь мы над ними посмеемся". Решили только поранить, а взять живых. Брат один говорит: "Так их живых мы не возьмем: они нам повредить могут, убьем стрелой повара, а самого пораним в коленную чашечку". Так и сделали. Повара убили стрелой в затылок. Тот, как мешал, так и наклонился на свой котел. А чудчуэрвь спал, нога на ногу, коленом вверх. Спустили другую стрелу - чашечка отлетела. А под головой у него был меч и ящик. Наверное, с деньгами и награбленным добром. Как стрела ударила в колено, он вскочил, схватил в одну руку меч, во вторую ящик и сказал: "Побежим скорее!" И побежал так быстро, что Лейн не мог его догнать. За ним побежала женщина, повар ожил и 
тоже побежал. Все они трое бежали и там, где от раненой ноги капала кровь чудчуэрвеста, - вырастали красные камешки. С хромой ногой он бежал к Сейдъявру. Подбежал к берегу, бросил ящик в воду и сказал: "Падай между глубиной и верхом, в человеческую руку не достанься!" Сам обернулся назад, поднялся повыше и окаменели с ним девица и повар с котелком и мешалкой в руке. Как были - все и окаменели. 

Записано от Яковлева Дмитрия Афанасьевича, саама Кильдинского погоста. Сентябрь, 1936 г.

Популярные сообщения из этого блога

Семилетний стрелок из лука

Саам - богатырь

Гирвас - озеро