Старшая Голова

На реке Вороньей, что в Баренцево море впадает, стоял погост. Высокая скала его от моря защищала. Но когда на море прилив был, то по реке соленая вода до самого погоста поднималась. А когда в шторм волны в скалу бились, большой шум в погосте стоял. 


Жил там в былые времена старик. Его все саамы уважали. Умный был. Прозвище ему дали - Старшая Голова. А вокруг погоста - ни лесочка, одни скалы, разноцветными мхами покрытые, да березки стелющиеся, да грибы. Летом саамы дрова на берегу моря собирали, которые прибоем выбросит. А зимой впрягали оленей в свои керёжи и за дровами подальше в лес ездили. 
Раз собрались среди зимы мужчины за дровами. Запрягли в сто керёж оленей и поехали к лесу. С ними старик - Старшая Голова. Приехали к лесу, оленей пастись оставили. Олень, он и зимой свой любимый корм - мох-ягель - из-под снега достанет. Остался около керёж только Старшая Голова. 
Вдруг откуда ни возьмись чудь пришла. Смотрит: олени пасутся, и только один старик с ними. Обрадовались чудины. 
- Мы тебя не убьем,- говорят,- ты нашим проводником будешь. Чтобы всю нашу чудь к ночи в погост привел! 
Подумал старик, подумал и согласился: 
- Пусть будет по вашему. Я керёжи с дровами в погост привезти должен. Вы вместо дров в керёжи ложитесь да с головой шкурой оленя прикройтесь. Вас никто не увидит, так и поедем. А то вокруг погоста и леса нет. Далеко видно, кто в гости идет. 
Обрадовались чудины: как старик ловко все придумал! Поймали оленей, впрягли в керёжи. Улеглись в них. Старик хигной все керёжи друг с дружкой связал, один конец через плечо перекинул и пошел в погост. Главный чудин спрашивает: 
- Зачем это ты все керёжи вместе связал? 
- Да чтоб ни один олень в сторону не отбился. Вы,- говорит,- лежите тихо, а как в погост войдем, я так и скажу: "Приехали". 
Идет старик, тянет за хигну передового оленя. "Надо совсем ночью прийти,- думает,- чтобы в погосте все уже спали. А то еще встречу кого-нибудь, все дело испортить можно". 
Ночь уже наступила, да и погост близко. Вдруг слышит главный чудин: шум большой. 
- Что за шум?- спрашивает старика. 
Да это соленая вода с пресной воюет. Сейчас совсем тихо лежите, погост близко, не высовывайтесь. 
Притихли чудины, лежат, пошевелиться бояться. А старик потихоньку в сторону моря повернул, к той скале, о которую волны разбивались. На Баренцевом море зимой шторма сильные. Теплое течение Гольфстрим ему у Мурманского берега замерзать не дает. К самому краю обрыва подвел старик передового оленя да как стеганет его! 
Не стерпел олень такой обиды - рванулся со скалы. И все сто керёж в море упали. А старик стоит на скале, причитает: 
- Прости меня мой, любимый олень, мой гирвас. Не мог я по другому погост спасти. 
Только он это произнес, как все олени, что в воду попадали, в скалы превратились. Эти камни по сей день называют Сто скал. 
Наутро саамы из лесу в погост вернулись. 
- Ну,- говорят,- Старшая Голова, мы дров нарубили, пришли, а ни тебя, ни керёж нет. Видно, совсем ты, старик, стар стал. 
Ничего не сказал старик, к скале подвел. Увидели тут саамы эти Сто скал - все поняли сразу. Неловко им стало перед стариком, а он рукой махнул и в вежу пошел. Устал очень, спать повалился. 

"Семилетний стрелок из лука" 
Составитель Е. Я. Пация

Популярные сообщения из этого блога

Семилетний стрелок из лука

Саам - богатырь

Гирвас - озеро