Золотой Котел

Старик со старухою жили – поживали. Однажды старик пошел на охоту. Его старый, драный – предранный печок давно уже стал розный, и ветер продувал его насквозь. 
«Эх, - думает старик, - добыть бы мне диких оленей на новую одежу. В новом печке я бы из леса не выходил, добывал бы всякого зверя. Одного добыл и продал, другого добыл и продал… вот и был бы толк, настоящая была бы жизнь – золотой котел!» 


И идет себе старик, идет все вперед и вперед, об охоте уже и думать позабыл. Мерещится ему и новый печок, и шкуры диких оленей, которые он продает, а потом покупает и старухе новый печок, и новую шаль, и новый топор, и новый дом строит, и новую гремяху покупает вместо этой кривули. 
Вдруг впереди что-то блеснуло. Подошел поближе. Ох! Золотое платье лежит. Надел старик золотое платье на себя. Как жених стал. И отправился он домой. Надо показаться всем, пусть посмотрят, каков он есть. 
Идет старик, даже под ноги не смотрит.Шел, шел и угодил прямо в ручей. Хотел перепрыгнуть, оступился и упал в воду. И потащило его водою вниз, по течению. Тащит и крутит его. Едва ухватился за прибрежные кусты. Схватился за ветки и выскочил из ручья. Осмотрелся, ручей журчит, ручей бежит, а он стоит голый. Его золотой одежи на нем как и не бывало. Он к ручью – одежи нет, лишь вдали мелькнула в струях, а потом и вовсе скрылась. 
Так унесло водой его золотую одежу! 
Остался старик голый… ни старой, ни новой одежи на нем нет, одна кривая гремяха в руках. 
Пошел он домой к своей старухе. Добрался кое-как, рассказывает, дескать вот так-то и так-то. 
- Нашел золотую одежу. Надел на себя, в ручей упал, золотое платье водой унесло, а сам-то я стою нагой, одна гремяха вот… 
Стала старуха ему выговаривать: 
- Зачем ты оделся на улице? Зачем пожадничал, без меня радовался. Принес бы домой, показал бы мне, мы бы вместе рассудили, как нам золотое платье сберечь. Ведь это платье нам было как золотой котел. А ты и золотое платье сгубил, и свое старое потерял. 
И стали жить старик со старухой по-старому, только одежа на старике была уже вовсе драная и старая-престарая. 

Тарутина Устинья Павловна, Погост Йоканьга, 1927 год.

Популярные сообщения из этого блога

Семилетний стрелок из лука

Саам - богатырь

Гирвас - озеро